Array
(
[TAGS] =>
[~TAGS] =>
[ID] => 19659
[~ID] => 19659
[NAME] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[~NAME] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[IBLOCK_ID] => 1
[~IBLOCK_ID] => 1
[IBLOCK_SECTION_ID] => 10
[~IBLOCK_SECTION_ID] => 10
[DETAIL_TEXT] => 
Василий Михайлович Тякало родом из деревни Хмелиско. Сегодня ему 88 лет, а на войну попал в 18, сразу же, когда летом 44-го была освобождена родная Берестовитчина. Дважды был ранен, во второй раз – сильно, остался без ноги.
– Война жестко прошлась по моей судьбе, и даже через семьдесят лет в памяти буквально все бои, особенно те, во время которых был ранен, – говорит ветеран. – Вы спрашиваете, было ли страшно? Конечно, было. Очень хотелось жить, вернуться домой. Когда на твоих глазах пули и осколки снарядов убивают твоих товарищей, то до ужаса, до острой боли в груди осознаешь, что смерть – вот она, рядом.
Первое ранение
…После обучения под Рязанью молодой пулеметчик Василий Тякало был отправлен на ІІІ Белорусский фронт в Восточную Пруссию. Воевал он в составе 277-го гвардейского стрелкового полка 91-й гвардейской дивизии 5-го гвардейского корпуса 39-й армии. Гвардии рядовой был вторым номером пулеметного расчета. Вот что он вспоминает:
– Своего «максима» мы так берегли, он для нас был как лучший друг: сколько раз выручал в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях! Моей задачей было обеспечить пулемет патронами и во время боя поддерживать пулеметную ленту, чтобы стрельба велась прицельно. Ох, и потаскали мы нашего «максимушку» по Восточной Пруссии! «Первый номер» расчета всегда нес ствол, я же тянул двухколесную тележку. Бои шли тяжелые: границы рейха имели глубоко укрепленную линию обороны. В одном из боев меня ранило в первый раз. Помню, как побежали, чтобы занять более удобную для стрельбы позицию. Вдруг чувствую: с головы сорвало шапку. Потом выяснилось, что я попал под мелкие осколки снаряда. Один из них разорвал кожу поперек головы, остальные зацепили ее справа за ухом да ранили щеку. Завертело-закрутило меня, словно на качелях, и – упал. Подбежали бойцы, позвали санитара. Сначала доставили в санчасть, затем в Каунасский госпиталь, а оттуда в Тулу. И смех, и грех: после того, как врачи стянули и сшили на голове кожу, целую неделю не мог ложку в рот засунуть. Потихоньку оклемался. А рубцы от осколков до сих пор видны…
Переправа
через Одер
27 февраля 45-го из госпиталя снова был отправлен на фронт – стрелком на 1-й Белорусский. Воевал в составе 79-го полка 150-й дивизии 3-й ударной армии. Вместо друга «максима» имел теперь подружку – русско-японскую винтовку образца 1893 года. На плече – целая сумка патронов и еще пять в магазине винтовки. Сразу же попал на переправу через Одер. По реке еще плыли льдины, и бойцам в лодках приходилось лавировать между ними. Но не это было страшно. Переправа велась под постоянным обстрелом немцев – чтобы остановить продвижение наших войск, они стреляли из всего, из чего только могли стрелять. И буквально каждый из солдат оказывался здесь на грани жизни и смерти. Сколько же их не достигло противоположного берега, сколько ранено было – кипящая от взрывов вода буквально окрашивалась кровью… Об одном только мечталось: скорей бы достичь берега!
Когда один из снарядов упал неподалеку от нашей лодки, и она перевернулась, подумал: «Все, конец!». Было это на середине реки, какой уж тут шанс выжить… Из нас десятерых восемь, оказавшись под лодкой, утонули сразу. Мы с одним бойцом все еще барахтались в воде, но намокшая одежда и боевое снаряжение тянули вниз. Ясно было: долго не продержимся. Но, видно, меня вела сама судьба. Товарищ не выплыл, а я сумел подплыть к лошади – по реке переправлялись кавалеристы – и ухватиться за седло. Промок и замерз страшно, но рук все же не отпустил, и это спасло жизнь.
На другом берегу узнал, что до Берлина остается не более 90 километров, которые и предстояло пройти с очень тяжелыми боями. К взятию логова врага нас, бойцов, готовили: обучали, как нужно действовать на подступах к Берлину, в пригороде его и на центральных улицах. Мы понимали, что врага придется «выкуривать» чуть ли не из каждого здания, что на любой улице можно самому стать отличной мишенью. Как раз в Берлине я и был сильно ранен.
«А у тебя тоже не десять…»
… Майским утром мы, четверо бойцов, перебегали одну из улиц Берлина. Сзади разорвался минометный снаряд. Двое парней уцелело, одного ранило в плечо, а я сначала и не понял, почему так дергается моя нога. Все поднялись, я тоже, но тут же упал снова. Ребята протащили меня через улицу в подъезд какого-то дома. Перевязали ногу, сказали: подожди здесь санитара. Я потерял много крови, и вскоре отключилось сознание. Очнулся на носилках в подвале дома. Кто меня туда затащил, не знаю. Открываю глаза: вокруг стоят с горящими свечами в руках женщины и дети, а рядом со мной сидит на стуле немец в форме СС. Он что-то говорит, обращаясь ко мне, но я ничего не понимаю. Тут одна из женщин переводит: «Офицер спрашивает, правда ли, что русские расстреливают пленных немцев?». «Нет, не расстреливают», – отвечаю ей, и снова проваливаюсь в темноту. Очнулся, когда наши солдаты выносили меня из подвала. На улице так ярко светило солнце, что закружилась голова, и я опять потерял сознание. Оказался в длинной санитарной палатке возле госпиталя. Врач не сказал мне правды, насколько плоха моя нога, только приказал лежать и не шевелиться.
Однажды ночью с улицы послышались сильный шум, стрельба, в небо взлетали ракеты. Раненые вскакивают и кричат: «Немцы прорвались!». Я тоже вскочил и… упал. Началось сильное кровотечение, прибежал врач и приказал: «В операционную его!». Очнулся уже в гипсе по пояс и понял, что меня грузят в самолет. Из Берлина я попал в госпиталь в город Ландсберг, что на реке Одер. Но дело на поправку не шло, вскоре пальцы на раненой ноге почернели, и меня снова забрали в операционную…
Когда затем перевели в палату, и я лежал там, превозмогая боль, обратил внимание на соседа. Под простыней у него почему-то обозначалась только одна нога. Меня пронзает страшная догадка, и с жалостью к парню спрашиваю: «У тебя что, одна нога?». Он как-то кисло усмехнулся и ответил: «Да и у тебя тоже не десять…» и выразительно посмотрел на мою койку. Я проследил за взглядом парня и от ужаса содрогнулся: и у меня под простыней вместо одной ноги было пусто.
Затем были госпитали в Познани и Екатеринбурге. В последнем встретил новый, 1946-й год. Там же приспособился ходить на протезе с костылями. И вот стою на местном вокзале. Еду домой, в Хмелиско!
Х Х Х
Бывший солдат, высокий и крепкий, не мог связать свою жизнь с профессией, связанной с физическим трудом. Закончил в Новогрудке курсы бухгалтеров и сначала работал в райфинотделе, а затем, пока позволяло здоровье, – главным бухгалтером в колхозе «Красный Октябрь», был награжден медалью «За трудовое отличие». Женился, с женой Лидией Михайловной вырастили сына и дочь.
Ну, а война живет с ветераном все эти семьдесят лет. О ней напоминают не только орден Отечественной войны І степени и юбилейные медали, но и каждый сделанный им шаг, который с годами становится все более трудным…
Мария Драпеза, фото автора
[~DETAIL_TEXT] => Василий Михайлович Тякало родом из деревни Хмелиско. Сегодня ему 88 лет, а на войну попал в 18, сразу же, когда летом 44-го была освобождена родная Берестовитчина. Дважды был ранен, во второй раз – сильно, остался без ноги.
– Война жестко прошлась по моей судьбе, и даже через семьдесят лет в памяти буквально все бои, особенно те, во время которых был ранен, – говорит ветеран. – Вы спрашиваете, было ли страшно? Конечно, было. Очень хотелось жить, вернуться домой. Когда на твоих глазах пули и осколки снарядов убивают твоих товарищей, то до ужаса, до острой боли в груди осознаешь, что смерть – вот она, рядом.
Первое ранение
…После обучения под Рязанью молодой пулеметчик Василий Тякало был отправлен на ІІІ Белорусский фронт в Восточную Пруссию. Воевал он в составе 277-го гвардейского стрелкового полка 91-й гвардейской дивизии 5-го гвардейского корпуса 39-й армии. Гвардии рядовой был вторым номером пулеметного расчета. Вот что он вспоминает:
– Своего «максима» мы так берегли, он для нас был как лучший друг: сколько раз выручал в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях! Моей задачей было обеспечить пулемет патронами и во время боя поддерживать пулеметную ленту, чтобы стрельба велась прицельно. Ох, и потаскали мы нашего «максимушку» по Восточной Пруссии! «Первый номер» расчета всегда нес ствол, я же тянул двухколесную тележку. Бои шли тяжелые: границы рейха имели глубоко укрепленную линию обороны. В одном из боев меня ранило в первый раз. Помню, как побежали, чтобы занять более удобную для стрельбы позицию. Вдруг чувствую: с головы сорвало шапку. Потом выяснилось, что я попал под мелкие осколки снаряда. Один из них разорвал кожу поперек головы, остальные зацепили ее справа за ухом да ранили щеку. Завертело-закрутило меня, словно на качелях, и – упал. Подбежали бойцы, позвали санитара. Сначала доставили в санчасть, затем в Каунасский госпиталь, а оттуда в Тулу. И смех, и грех: после того, как врачи стянули и сшили на голове кожу, целую неделю не мог ложку в рот засунуть. Потихоньку оклемался. А рубцы от осколков до сих пор видны…
Переправа
через Одер
27 февраля 45-го из госпиталя снова был отправлен на фронт – стрелком на 1-й Белорусский. Воевал в составе 79-го полка 150-й дивизии 3-й ударной армии. Вместо друга «максима» имел теперь подружку – русско-японскую винтовку образца 1893 года. На плече – целая сумка патронов и еще пять в магазине винтовки. Сразу же попал на переправу через Одер. По реке еще плыли льдины, и бойцам в лодках приходилось лавировать между ними. Но не это было страшно. Переправа велась под постоянным обстрелом немцев – чтобы остановить продвижение наших войск, они стреляли из всего, из чего только могли стрелять. И буквально каждый из солдат оказывался здесь на грани жизни и смерти. Сколько же их не достигло противоположного берега, сколько ранено было – кипящая от взрывов вода буквально окрашивалась кровью… Об одном только мечталось: скорей бы достичь берега!
Когда один из снарядов упал неподалеку от нашей лодки, и она перевернулась, подумал: «Все, конец!». Было это на середине реки, какой уж тут шанс выжить… Из нас десятерых восемь, оказавшись под лодкой, утонули сразу. Мы с одним бойцом все еще барахтались в воде, но намокшая одежда и боевое снаряжение тянули вниз. Ясно было: долго не продержимся. Но, видно, меня вела сама судьба. Товарищ не выплыл, а я сумел подплыть к лошади – по реке переправлялись кавалеристы – и ухватиться за седло. Промок и замерз страшно, но рук все же не отпустил, и это спасло жизнь.
На другом берегу узнал, что до Берлина остается не более 90 километров, которые и предстояло пройти с очень тяжелыми боями. К взятию логова врага нас, бойцов, готовили: обучали, как нужно действовать на подступах к Берлину, в пригороде его и на центральных улицах. Мы понимали, что врага придется «выкуривать» чуть ли не из каждого здания, что на любой улице можно самому стать отличной мишенью. Как раз в Берлине я и был сильно ранен.
«А у тебя тоже не десять…»
… Майским утром мы, четверо бойцов, перебегали одну из улиц Берлина. Сзади разорвался минометный снаряд. Двое парней уцелело, одного ранило в плечо, а я сначала и не понял, почему так дергается моя нога. Все поднялись, я тоже, но тут же упал снова. Ребята протащили меня через улицу в подъезд какого-то дома. Перевязали ногу, сказали: подожди здесь санитара. Я потерял много крови, и вскоре отключилось сознание. Очнулся на носилках в подвале дома. Кто меня туда затащил, не знаю. Открываю глаза: вокруг стоят с горящими свечами в руках женщины и дети, а рядом со мной сидит на стуле немец в форме СС. Он что-то говорит, обращаясь ко мне, но я ничего не понимаю. Тут одна из женщин переводит: «Офицер спрашивает, правда ли, что русские расстреливают пленных немцев?». «Нет, не расстреливают», – отвечаю ей, и снова проваливаюсь в темноту. Очнулся, когда наши солдаты выносили меня из подвала. На улице так ярко светило солнце, что закружилась голова, и я опять потерял сознание. Оказался в длинной санитарной палатке возле госпиталя. Врач не сказал мне правды, насколько плоха моя нога, только приказал лежать и не шевелиться.
Однажды ночью с улицы послышались сильный шум, стрельба, в небо взлетали ракеты. Раненые вскакивают и кричат: «Немцы прорвались!». Я тоже вскочил и… упал. Началось сильное кровотечение, прибежал врач и приказал: «В операционную его!». Очнулся уже в гипсе по пояс и понял, что меня грузят в самолет. Из Берлина я попал в госпиталь в город Ландсберг, что на реке Одер. Но дело на поправку не шло, вскоре пальцы на раненой ноге почернели, и меня снова забрали в операционную…
Когда затем перевели в палату, и я лежал там, превозмогая боль, обратил внимание на соседа. Под простыней у него почему-то обозначалась только одна нога. Меня пронзает страшная догадка, и с жалостью к парню спрашиваю: «У тебя что, одна нога?». Он как-то кисло усмехнулся и ответил: «Да и у тебя тоже не десять…» и выразительно посмотрел на мою койку. Я проследил за взглядом парня и от ужаса содрогнулся: и у меня под простыней вместо одной ноги было пусто.
Затем были госпитали в Познани и Екатеринбурге. В последнем встретил новый, 1946-й год. Там же приспособился ходить на протезе с костылями. И вот стою на местном вокзале. Еду домой, в Хмелиско!
Х Х Х
Бывший солдат, высокий и крепкий, не мог связать свою жизнь с профессией, связанной с физическим трудом. Закончил в Новогрудке курсы бухгалтеров и сначала работал в райфинотделе, а затем, пока позволяло здоровье, – главным бухгалтером в колхозе «Красный Октябрь», был награжден медалью «За трудовое отличие». Женился, с женой Лидией Михайловной вырастили сына и дочь.
Ну, а война живет с ветераном все эти семьдесят лет. О ней напоминают не только орден Отечественной войны І степени и юбилейные медали, но и каждый сделанный им шаг, который с годами становится все более трудным…
Мария Драпеза, фото автора
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[~DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_TEXT] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[~PREVIEW_TEXT] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[DETAIL_PICTURE] => Array
(
[ID] => 39127
[TIMESTAMP_X] => 04.04.2025 10:05:48
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 1542
[WIDTH] => 1890
[FILE_SIZE] => 799589
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/036
[FILE_NAME] => r2tounyd6bjl8h4urhnr7qp7i8atim54.jpg
[ORIGINAL_NAME] => 24.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 28431713f5ebda0155893e318e2ff275
[VERSION_ORIGINAL_ID] =>
[META] =>
[SRC] => /upload/iblock/036/r2tounyd6bjl8h4urhnr7qp7i8atim54.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/036/r2tounyd6bjl8h4urhnr7qp7i8atim54.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/036/r2tounyd6bjl8h4urhnr7qp7i8atim54.jpg
[ALT] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[TITLE] => Гвардии рядовой Василий Тякало
)
[~DETAIL_PICTURE] => 39127
[TIMESTAMP_X] => 09.04.2025 17:59:09
[~TIMESTAMP_X] => 09.04.2025 17:59:09
[ACTIVE_FROM_X] => 2013-11-27 00:00:00
[~ACTIVE_FROM_X] => 2013-11-27 00:00:00
[ACTIVE_FROM] => 27.11.2013
[~ACTIVE_FROM] => 27.11.2013
[LIST_PAGE_URL] => /news/
[~LIST_PAGE_URL] => /news/
[DETAIL_PAGE_URL] => /news/obshchestvo/%D0%B3%D0%B2%D0%B0%D1%80%D0%B4%D0%B8%D0%B8-%D1%80%D1%8F%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9-%D0%B2%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BB%D0%B8%D0%B9-%D1%82%D1%8F%D0%BA%D0%B0%D0%BB%D0%BE/
[~DETAIL_PAGE_URL] => /news/obshchestvo/%D0%B3%D0%B2%D0%B0%D1%80%D0%B4%D0%B8%D0%B8-%D1%80%D1%8F%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%B9-%D0%B2%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BB%D0%B8%D0%B9-%D1%82%D1%8F%D0%BA%D0%B0%D0%BB%D0%BE/
[LANG_DIR] => /
[~LANG_DIR] => /
[CODE] => гвардии-рядовой-василий-тякало
[~CODE] => гвардии-рядовой-василий-тякало
[EXTERNAL_ID] => 19659
[~EXTERNAL_ID] => 19659
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => corporate_news_s1
[~IBLOCK_CODE] => corporate_news_s1
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] =>
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] =>
[LID] => s1
[~LID] => s1
[NAV_RESULT] =>
[NAV_CACHED_DATA] =>
[DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 27.11.2013
[IPROPERTY_VALUES] => Array
(
[SECTION_META_TITLE] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[SECTION_META_KEYWORDS] => Новости
[SECTION_META_DESCRIPTION] =>
[SECTION_PAGE_TITLE] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[ELEMENT_META_TITLE] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[ELEMENT_META_KEYWORDS] => Общество
[ELEMENT_META_DESCRIPTION] => Василий Михайлович Тякало родом из деревни Хмелиско Сегодня ему 88 лет, а на войну попал в 18, сразу же, когда летом 44-го была освобождена родная Берестовитчина.
[ELEMENT_PAGE_TITLE] => Гвардии рядовой Василий Тякало
)
[FIELDS] => Array
(
[TAGS] =>
)
[PROPERTIES] => Array
(
[VIDEO] => Array
(
[ID] => 4
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Видео
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => VIDEO
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => mpg, avi, wmv, mpeg, mpe, flv, mp4
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Видео
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[DONT_SHOW] => Array
(
[ID] => 6
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Не отображать в верхней карусели на главной
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => DONT_SHOW
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Не отображать в верхней карусели на главной
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[AUTHOR] => Array
(
[ID] => 7
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Автор
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => AUTHOR
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Автор
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[WATERMARKER] => Array
(
[ID] => 8
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Водяной знак
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => WATERMARKER
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg, webp
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Водяной знак
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[WATERMARKER_PREV] => Array
(
[ID] => 9
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Водяной знак в превью
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => WATERMARKER_PREV
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg, webp
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Водяной знак в превью
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[DONT_SHOW_LIST] => Array
(
[ID] => 11
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Не отображать в карусели с разделами на главной
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => DONT_SHOW_LIST
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Не отображать в карусели с разделами на главной
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[MAIN_SECTION] => Array
(
[ID] => 12
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Главный раздел
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => MAIN_SECTION
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Главный раздел
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[PHOTOGRAPHER] => Array
(
[ID] => 13
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Фотограф
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => PHOTOGRAPHER
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Фотограф
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[NASHE_VIDEO] => Array
(
[ID] => 14
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Наше видео
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => NASHE_VIDEO
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] => video
[USER_TYPE_SETTINGS] => Array
(
[BUFFER_LENGTH] => 10
[CONTROLBAR] => bottom
[AUTOSTART] => N
[VOLUME] => 90
[SKIN] =>
[FLASHVARS] =>
[WMODE_FLV] => transparent
[BGCOLOR] => FFFFFF
[COLOR] => 000000
[OVER_COLOR] => 000000
[SCREEN_COLOR] => 000000
[SILVERVARS] =>
[WMODE_WMV] => windowless
[WIDTH] => 400
[HEIGHT] => 300
)
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Наше видео
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[YOUTUBE_VIDEO] => Array
(
[ID] => 15
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Наше видео ютуб
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => YOUTUBE_VIDEO
[DEFAULT_VALUE] => https://www.youtube.com/embed/
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Наше видео ютуб
[~DEFAULT_VALUE] => https://www.youtube.com/embed/
)
[YES_WATERMARK] => Array
(
[ID] => 17
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Выводить водяной знак
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => YES_WATERMARK
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Выводить водяной знак
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[YES_WATERMARK_PREV] => Array
(
[ID] => 18
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Выводить водяной знак превью
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => YES_WATERMARK_PREV
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Выводить водяной знак превью
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[DETAIL_PICTERS_NEW] => Array
(
[ID] => 19
[TIMESTAMP_X] => 2026-09-05 20:21:36
[IBLOCK_ID] => 1
[NAME] => Детальная картинка
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[CODE] => DETAIL_PICTERS_NEW
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg, webp
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[IS_REQUIRED] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[USER_TYPE_SETTINGS] => a:0:{}
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Детальная картинка
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
)
[DISPLAY_PROPERTIES] => Array
(
)
[IBLOCK] => Array
(
[ID] => 1
[~ID] => 1
[TIMESTAMP_X] => 05.09.2026 23:21:37
[~TIMESTAMP_X] => 05.09.2026 23:21:37
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[LID] => s1
[~LID] => s1
[CODE] => corporate_news_s1
[~CODE] => corporate_news_s1
[API_CODE] =>
[~API_CODE] =>
[REST_ON] => N
[~REST_ON] => N
[NAME] => Новости
[~NAME] => Новости
[ACTIVE] => Y
[~ACTIVE] => Y
[SORT] => 500
[~SORT] => 500
[LIST_PAGE_URL] => /news/
[~LIST_PAGE_URL] => /news/
[DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE_PATH#/#ELEMENT_CODE#/
[~DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE_PATH#/#ELEMENT_CODE#/
[SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE_PATH#/
[~SECTION_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#SECTION_CODE_PATH#/
[CANONICAL_PAGE_URL] => https://beresta.by/news/corporate_news_s1/
[~CANONICAL_PAGE_URL] => https://beresta.by/news/corporate_news_s1/
[PICTURE] =>
[~PICTURE] =>
[DESCRIPTION] =>
[~DESCRIPTION] =>
[DESCRIPTION_TYPE] => text
[~DESCRIPTION_TYPE] => text
[RSS_TTL] => 24
[~RSS_TTL] => 24
[RSS_ACTIVE] => Y
[~RSS_ACTIVE] => Y
[RSS_FILE_ACTIVE] => N
[~RSS_FILE_ACTIVE] => N
[RSS_FILE_LIMIT] =>
[~RSS_FILE_LIMIT] =>
[RSS_FILE_DAYS] =>
[~RSS_FILE_DAYS] =>
[RSS_YANDEX_ACTIVE] => N
[~RSS_YANDEX_ACTIVE] => N
[XML_ID] =>
[~XML_ID] =>
[TMP_ID] => f082d910d864d8e7e86bc021c7c31749
[~TMP_ID] => f082d910d864d8e7e86bc021c7c31749
[INDEX_ELEMENT] => Y
[~INDEX_ELEMENT] => Y
[INDEX_SECTION] => Y
[~INDEX_SECTION] => Y
[WORKFLOW] => N
[~WORKFLOW] => N
[BIZPROC] => N
[~BIZPROC] => N
[SECTION_CHOOSER] => L
[~SECTION_CHOOSER] => L
[LIST_MODE] =>
[~LIST_MODE] =>
[RIGHTS_MODE] => S
[~RIGHTS_MODE] => S
[SECTION_PROPERTY] => N
[~SECTION_PROPERTY] => N
[PROPERTY_INDEX] => N
[~PROPERTY_INDEX] => N
[VERSION] => 1
[~VERSION] => 1
[LAST_CONV_ELEMENT] => 0
[~LAST_CONV_ELEMENT] => 0
[SOCNET_GROUP_ID] =>
[~SOCNET_GROUP_ID] =>
[EDIT_FILE_BEFORE] =>
[~EDIT_FILE_BEFORE] =>
[EDIT_FILE_AFTER] =>
[~EDIT_FILE_AFTER] =>
[SECTIONS_NAME] => Разделы
[~SECTIONS_NAME] => Разделы
[SECTION_NAME] => Раздел
[~SECTION_NAME] => Раздел
[ELEMENTS_NAME] => Элементы
[~ELEMENTS_NAME] => Элементы
[ELEMENT_NAME] => Элемент
[~ELEMENT_NAME] => Элемент
[FULLTEXT_INDEX] => N
[~FULLTEXT_INDEX] => N
[EXTERNAL_ID] =>
[~EXTERNAL_ID] =>
[LANG_DIR] => /
[~LANG_DIR] => /
[SERVER_NAME] => beresta.by
[~SERVER_NAME] => beresta.by
)
[SECTION] => Array
(
[PATH] => Array
(
[0] => Array
(
[ID] => 10
[~ID] => 10
[CODE] => obshchestvo
[~CODE] => obshchestvo
[XML_ID] =>
[~XML_ID] =>
[EXTERNAL_ID] =>
[~EXTERNAL_ID] =>
[IBLOCK_ID] => 1
[~IBLOCK_ID] => 1
[IBLOCK_SECTION_ID] =>
[~IBLOCK_SECTION_ID] =>
[SORT] => 500
[~SORT] => 500
[NAME] => Общество
[~NAME] => Общество
[ACTIVE] => Y
[~ACTIVE] => Y
[DEPTH_LEVEL] => 1
[~DEPTH_LEVEL] => 1
[SECTION_PAGE_URL] => /news/obshchestvo/
[~SECTION_PAGE_URL] => /news/obshchestvo/
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => corporate_news_s1
[~IBLOCK_CODE] => corporate_news_s1
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] =>
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] =>
[GLOBAL_ACTIVE] => Y
[~GLOBAL_ACTIVE] => Y
[IPROPERTY_VALUES] => Array
(
[SECTION_META_TITLE] => Общество
[SECTION_META_KEYWORDS] => Новости
[SECTION_META_DESCRIPTION] =>
[SECTION_PAGE_TITLE] => Общество
[ELEMENT_META_TITLE] => Общество
[ELEMENT_META_KEYWORDS] => Новости
[ELEMENT_META_DESCRIPTION] => .
[ELEMENT_PAGE_TITLE] => Общество
)
)
)
)
[SECTION_URL] => /news/obshchestvo/
[META_TAGS] => Array
(
[TITLE] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[BROWSER_TITLE] => Гвардии рядовой Василий Тякало
[KEYWORDS] => Общество
[DESCRIPTION] => Василий Михайлович Тякало родом из деревни Хмелиско Сегодня ему 88 лет, а на войну попал в 18, сразу же, когда летом 44-го была освобождена родная Берестовитчина.
)
)
27.11.2013
Гвардии рядовой Василий Тякало
Василий Михайлович Тякало родом из деревни Хмелиско. Сегодня ему 88 лет, а на войну попал в 18, сразу же, когда летом 44-го была освобождена родная Берестовитчина. Дважды был ранен, во второй раз – сильно, остался без ноги.
– Война жестко прошлась по моей судьбе, и даже через семьдесят лет в памяти буквально все бои, особенно те, во время которых был ранен, – говорит ветеран. – Вы спрашиваете, было ли страшно? Конечно, было. Очень хотелось жить, вернуться домой. Когда на твоих глазах пули и осколки снарядов убивают твоих товарищей, то до ужаса, до острой боли в груди осознаешь, что смерть – вот она, рядом.
Первое ранение
…После обучения под Рязанью молодой пулеметчик Василий Тякало был отправлен на ІІІ Белорусский фронт в Восточную Пруссию. Воевал он в составе 277-го гвардейского стрелкового полка 91-й гвардейской дивизии 5-го гвардейского корпуса 39-й армии. Гвардии рядовой был вторым номером пулеметного расчета. Вот что он вспоминает:
– Своего «максима» мы так берегли, он для нас был как лучший друг: сколько раз выручал в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях! Моей задачей было обеспечить пулемет патронами и во время боя поддерживать пулеметную ленту, чтобы стрельба велась прицельно. Ох, и потаскали мы нашего «максимушку» по Восточной Пруссии! «Первый номер» расчета всегда нес ствол, я же тянул двухколесную тележку. Бои шли тяжелые: границы рейха имели глубоко укрепленную линию обороны. В одном из боев меня ранило в первый раз. Помню, как побежали, чтобы занять более удобную для стрельбы позицию. Вдруг чувствую: с головы сорвало шапку. Потом выяснилось, что я попал под мелкие осколки снаряда. Один из них разорвал кожу поперек головы, остальные зацепили ее справа за ухом да ранили щеку. Завертело-закрутило меня, словно на качелях, и – упал. Подбежали бойцы, позвали санитара. Сначала доставили в санчасть, затем в Каунасский госпиталь, а оттуда в Тулу. И смех, и грех: после того, как врачи стянули и сшили на голове кожу, целую неделю не мог ложку в рот засунуть. Потихоньку оклемался. А рубцы от осколков до сих пор видны…
Переправа
через Одер
27 февраля 45-го из госпиталя снова был отправлен на фронт – стрелком на 1-й Белорусский. Воевал в составе 79-го полка 150-й дивизии 3-й ударной армии. Вместо друга «максима» имел теперь подружку – русско-японскую винтовку образца 1893 года. На плече – целая сумка патронов и еще пять в магазине винтовки. Сразу же попал на переправу через Одер. По реке еще плыли льдины, и бойцам в лодках приходилось лавировать между ними. Но не это было страшно. Переправа велась под постоянным обстрелом немцев – чтобы остановить продвижение наших войск, они стреляли из всего, из чего только могли стрелять. И буквально каждый из солдат оказывался здесь на грани жизни и смерти. Сколько же их не достигло противоположного берега, сколько ранено было – кипящая от взрывов вода буквально окрашивалась кровью… Об одном только мечталось: скорей бы достичь берега!
Когда один из снарядов упал неподалеку от нашей лодки, и она перевернулась, подумал: «Все, конец!». Было это на середине реки, какой уж тут шанс выжить… Из нас десятерых восемь, оказавшись под лодкой, утонули сразу. Мы с одним бойцом все еще барахтались в воде, но намокшая одежда и боевое снаряжение тянули вниз. Ясно было: долго не продержимся. Но, видно, меня вела сама судьба. Товарищ не выплыл, а я сумел подплыть к лошади – по реке переправлялись кавалеристы – и ухватиться за седло. Промок и замерз страшно, но рук все же не отпустил, и это спасло жизнь.
На другом берегу узнал, что до Берлина остается не более 90 километров, которые и предстояло пройти с очень тяжелыми боями. К взятию логова врага нас, бойцов, готовили: обучали, как нужно действовать на подступах к Берлину, в пригороде его и на центральных улицах. Мы понимали, что врага придется «выкуривать» чуть ли не из каждого здания, что на любой улице можно самому стать отличной мишенью. Как раз в Берлине я и был сильно ранен.
«А у тебя тоже не десять…»
… Майским утром мы, четверо бойцов, перебегали одну из улиц Берлина. Сзади разорвался минометный снаряд. Двое парней уцелело, одного ранило в плечо, а я сначала и не понял, почему так дергается моя нога. Все поднялись, я тоже, но тут же упал снова. Ребята протащили меня через улицу в подъезд какого-то дома. Перевязали ногу, сказали: подожди здесь санитара. Я потерял много крови, и вскоре отключилось сознание. Очнулся на носилках в подвале дома. Кто меня туда затащил, не знаю. Открываю глаза: вокруг стоят с горящими свечами в руках женщины и дети, а рядом со мной сидит на стуле немец в форме СС. Он что-то говорит, обращаясь ко мне, но я ничего не понимаю. Тут одна из женщин переводит: «Офицер спрашивает, правда ли, что русские расстреливают пленных немцев?». «Нет, не расстреливают», – отвечаю ей, и снова проваливаюсь в темноту. Очнулся, когда наши солдаты выносили меня из подвала. На улице так ярко светило солнце, что закружилась голова, и я опять потерял сознание. Оказался в длинной санитарной палатке возле госпиталя. Врач не сказал мне правды, насколько плоха моя нога, только приказал лежать и не шевелиться.
Однажды ночью с улицы послышались сильный шум, стрельба, в небо взлетали ракеты. Раненые вскакивают и кричат: «Немцы прорвались!». Я тоже вскочил и… упал. Началось сильное кровотечение, прибежал врач и приказал: «В операционную его!». Очнулся уже в гипсе по пояс и понял, что меня грузят в самолет. Из Берлина я попал в госпиталь в город Ландсберг, что на реке Одер. Но дело на поправку не шло, вскоре пальцы на раненой ноге почернели, и меня снова забрали в операционную…
Когда затем перевели в палату, и я лежал там, превозмогая боль, обратил внимание на соседа. Под простыней у него почему-то обозначалась только одна нога. Меня пронзает страшная догадка, и с жалостью к парню спрашиваю: «У тебя что, одна нога?». Он как-то кисло усмехнулся и ответил: «Да и у тебя тоже не десять…» и выразительно посмотрел на мою койку. Я проследил за взглядом парня и от ужаса содрогнулся: и у меня под простыней вместо одной ноги было пусто.
Затем были госпитали в Познани и Екатеринбурге. В последнем встретил новый, 1946-й год. Там же приспособился ходить на протезе с костылями. И вот стою на местном вокзале. Еду домой, в Хмелиско!
Х Х Х
Бывший солдат, высокий и крепкий, не мог связать свою жизнь с профессией, связанной с физическим трудом. Закончил в Новогрудке курсы бухгалтеров и сначала работал в райфинотделе, а затем, пока позволяло здоровье, – главным бухгалтером в колхозе «Красный Октябрь», был награжден медалью «За трудовое отличие». Женился, с женой Лидией Михайловной вырастили сына и дочь.
Ну, а война живет с ветераном все эти семьдесят лет. О ней напоминают не только орден Отечественной войны І степени и юбилейные медали, но и каждый сделанный им шаг, который с годами становится все более трудным…
Мария Драпеза, фото автора
